Нержавейку защищает не сам хром, а плёнка его оксида на поверхности. У кромки реза эта плёнка нарушена, и там сталь ведёт себя не так, как в теле детали.
Заказчик приносит деталь и показывает рыжие точки по контуру: «это же нержавейка, она не должна ржаветь». Должна, если защита нарушена – и при резке она нарушается всегда, вопрос только в степени.
Хром в составе стали сам по себе от коррозии не спасает. Он реагирует с кислородом воздуха и образует на поверхности плотную плёнку оксида хрома толщиной в несколько нанометров. Эта плёнка и есть защита: она не пропускает влагу и кислород к металлу, а при повреждении восстанавливается сама – если хрома в стали достаточно.
При резке у кромки происходят два разных процесса, и оба бьют по защите.
Первый механизм даёт слой, где хрома меньше нормы, и плёнка там восстанавливается медленнее и хуже. Второй связывает хром в карбиды по границам зёрен, и границы теряют стойкость – это межкристаллитная коррозия.
Два оксида: который защищает, а который вредит
Оксид хрома на поверхности – это защита, он и делает сталь нержавеющей. Оксиды железа, которые остаются после резки кислородом, – наоборот, разрушают защиту. Путаница между ними живёт даже среди практиков.
На профильных форумах спорят так: одни говорят «на азоте оксидного слоя нет, значит стойкость не страдает», другие возражают – «именно оксид хрома делает нержавейку устойчивой».
Правы и те и другие, только про разное.
Оксид хрома Cr₂O₃ – тонкая плотная плёнка, та самая пассивная защита. Она нужна, её берегут.
Оксиды железа – рыхлая окалина, которая образуется при резке кислородом. Она не защищает, а наоборот: под ней скапливается влага, и коррозия идёт быстрее.
Азот убирает вторые: инертный газ не реагирует с расплавом, окалины не образуется, кромка выходит серебристой. Но первую, защитную плёнку он не восстанавливает – она нарастает сама из хрома, который остался в металле. Там, где хрома стало меньше, процесс идёт медленнее.
Отсюда практический вывод: чистая на вид кромка и восстановленная защита – не одно и то же.